Бель и хищники на Рыбинском водохранилище
Рыбинское водохранилище — самый большой и наиболее богатый рыбой водоем средней полосы. От столицы до него неблизко, поэтому рыболовы-москвичи в основном стараются попасть на Рыбинку, когда светит интересная рыбалка: весенний ход морской плотвы, преднерестовый жор щуки или, например, хороший клев налима, который клюет здесь дольше, чем на других водоемах. На все это рассчитывала и наша небольшая компания, приехав на базу в верховьях, недалеко от Череповца. Хотя на календаре была середина марта, водохранилище оставалось во власти глухозимья: шнек рапаловского бура уходил в лед под барашек, а образовавшиеся за зиму сугробы и не думали таять.

Плотва

Содержание статьи:

Массовый ход морской плотвы еще не начинался, в лучшем случае можно было наткнуться лишь на отдельные стаи, которые активно перемещались по всему водоему. Оказаться в нужное время в нужном месте было сложно, а опоздание даже на полчаса сводило на нет все усилия. Если везло и стаю находили, то все ловили очень неплохо. Плотва шла не рекордного размера — на Рыбинке она вырастает до килограмма, но грамм по 300-400 попадалась. Чаще всего выходы плотвы происходили на длинных подводных грядах с глубиной 2-2,5 метра. Местные рыболовы часто используют в качестве насадки червя, а не более привычного нам мотыля. По их мнению, на червя берут самые крупные экземпляры. Возможно, так оно и есть, но вместо плотвы очень часто его хватал ерш. Я ловил как на безмотылку, так и на крупную мормышку с мотылем, пробовал подбирать и размер, и цвет. В результате пришел к простому выводу: если рыба под лункой есть, можно поймать на что угодно, а если нет, то не поможет и червяк.

Хищник

Рыбинка богата судаком, но, как выяснилось, с ним тоже все непросто. Местные рыболовы сразу сказали, что в этом году его можно и не искать. То ли он по каким-то причинам ушел из этих мест, то ли просто пассивен, но в уловах этой зимой он оказывался крайне редко. Возможно, причина была в очень высоком уровне воды, примерно на полтора метра выше обычного. Мы, конечно, не слишком поверили в отсутствие судака и одно утро потратили на его поиск с балансирами и блеснами, но кроме нескольких окуней, правда довольно крупных, ничего не поймали. Вообще, окунь брал и на мормышку, и на блесну, но только выходами, причем они практически не зависели от времени. Поэтому окуня приходилось постоянно искать, а при больших расстояниях это занимало много времени.

Повезет — наткнешься на стаю активного окуня и какое-то время ловишь на каждой проводке, не повезет — полдня проездишь впустую. Вероятнее всего, выходы окуня зависели от перемещений стай тюльки. Гонки за плотвой или окунем — дело, конечно, азартное, но с учетом размеров водоема весьма утомительное, поэтому мы вскоре переключились на ловлю щуки жерлицами. Нельзя сказать, что мы попали в щучье эльдорадо, — это здесь случается только по первому льду, но клев был вполне устойчивый. Активнее всего щука брала ранним утром, а днем лишь короткими выходами. В ловле была только одна сложность — живец. В этом качестве здесь чаще используют плотву, но наловить мелких рыбешек довольно сложно. Выход нашли сотрудники базы, на которой мы жили: начиная с ледостава, они постоянно кормили одну точку, которая стала своеобразным садком для мелочи. Жерлицы ставили вдоль многочисленных в том районе островов.

Поскольку весна все же чувствовалась, мы придерживались минимальных глубин, где воды подо льдом оставалось всего сантиметров 20-30. Чаще клевало на участках с коряжником, но ловить здесь было сложнее: приходилось постоянно быть рядом со снастями, иначе щука с живцом успевала уйти в коряги. Нескольким это удалось, пришлось обрезать леску и переоснащать снасть. Местные рыболовы тоже активно ловят на жерлицы, но не на минимальной глубине, а на 1,5-3 метрах. Клевало и здесь неплохо, но рыба брала явно мельче, чем у самого берега. А у нас взяла даже одна килограммов на пять, правда, вытащить ее не удалось: при попытке завести в лунку, щука срезала поводок. С более мелкими, на килограмм-пол-тора, проблем не было. Щука щукой, однако, гораздо больше нас интересовал налим.

Налим

Налим — рыба своеобразная: живет в водоеме постоянно, а ловится только в холодное время, причем в самую неприятную, с обычной точки зрения, погоду. Ловить налима начинают поздней осенью и продолжают с перерывом на нерест всю зиму. На большинстве подмосковных водоемов его клев в марте практически заканчивается, а на Рыбинке, которая расположена значительно севернее, продолжается. Хотя жором это назвать нельзя: он бывает в самое глухозимье, непосредственно перед или сразу после нереста. В это время попадаются наиболее крупные экземпляры, а в начале весны ловятся налимы обычно не больше килограмма. К а к известно, налим — хищник ночной, поэтому если днем все были заняты поисками плотвы и окуня или ловлей на жерлицы, то к ночи переключались на налима. Вопрос о том, где держится эта рыба днем, сложный, но место ее ночного выхода на кормежку хорошо известно тамошним рыболовам. Этот участок, где широкий полив соседствует с русловой частью, они даже отметили вешками. Около десятка жерлиц мы расставили на глубине 3-4 метра.

В первую же ночь ловли после дневной оттепели ударил сильный мороз, и на многих снастях примерзли катушки. На некоторых флажки все же сработали: видимо, поклевки произошли до похолоданья. Доходило до смешного: никаких признаков поклевки, а начинаешь проверять жерлицу — на ней увесистый налим. На тех снастях, что стояли на мелководье, отметилась щука. На четырех из восьми штук живец был весь изорван, но ни одна щука не засеклась: катушки не проворачивались. А налим после поклевки не стремится уйти и обычно заглатывает живца на месте. В результате в первую ночь мы поймали четырех приличных налимов.

В отличие от щуки для ловли налима живец, с которым были сложности, был необязателен, подходила и снулая рыбка вплоть до резки. Даже те лохмотья, которые оставались от живца после щучьей поклевки, не выбрасывали — вечером они служили отличной насадкой для налима. Надо отметить, что, несмотря на распространенное мнение, местный налим практически не реагировал на ерша, ни на живого, ни на придавленного. Здесь лучшей наживкой для налима служила только плотва в самом разном виде. Жерлицы мы использовали самые обычные, с плоским круглым основанием. Основная леска 0,4 мм. Поводком служила двойная петля основной лески длиной 60-70 см. На некоторых жерлицах стояли двойники, на других тройники; различий в количестве поклевок и надежности подсечки мы не заметили.

Грузило — скользящая оливка весом 10-14 г, при небольшой глубине этого достаточно. Конструкция весьма примитивная, но рабочая. За все время поводок срезала только одна щука — правда, самая крупная. Отличие в постановке жерлицы на налима, кроме выбора места, заключалось в том, что насадка с поводком и грузило опускались на дно, а леска, идущая к катушке, имела слабину. Налим исправно собирал со дна все съестное. К сожалению, у нас не было с собой крупных червей, которых часто используют местные рыболовы, и налимы, насколько можно судить, на червя попадаются крупнее.

Рыбинка известна резкими скачками погоды, и они заметно влияют на клев всей рыбы. Налим лучше всего клевал при понижении температуры и росте давления. По моему мнению, усиление или ослабление мороза практически не сказывается на рыбе: у нее подо льдом как было +4 градуса, так и остается. А вот сопутствующее изменение давления, конечно, имеет значение. При его возрастании налим, например, активизируется. Щука же явно предпочитает устойчивую погоду, оттепель или в крайнем случае слабый мороз. За несколько дней, проведенных на Рыбинке, у нас были самые разные рыбалки, удачные и не очень, а красота местной природы и вкус жареного налима надолго останутся в памяти.

Роман БУТУЗОВ

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

четырнадцать + девять =